Speransky Labs








Мы пробуем применить математику в праве…
Присоединяйтесь)

Социальная математика = право. Новый язык юридической науки

Математика и опыт – вот подлинные основания достоверного, естественного, разумного живого познания

Бенедикт Спиноза

Всякая точная наука основывается на приблизительности.

Бертран Рассел

 

1. Вместо вступления

Прежде, чем изложить основную идею, мы считаем необходимым сообщить два соображения относительно науки вообще и науки права в частности. Мы не будем доказывать эти два утверждения, так как такое доказательство уведет нас в сторону от главного.

Мы предлагаем верить в то, что эти два утверждения истинны, и предлагаем читателю договориться, что эти высказывания будут для нас аксиомами, принимаемыми на веру.

Первое. Мы убеждены в том, что право стремится к полной формализации. Иными словами, система права в идеале состоит из типографских высказываний, соединенных правилами логики.

Для простоты именовать данную систему мы будем Право (с большой буквы). Также большую букву мы будем использовать при обозначении терминов и понятий, входящих в Право, чтобы отличать их использование от бытового либо привычного языка.

Второе. Мы утверждаем, что предметом правовой науки является только эта формальная система высказываний и ничего более. Ни экономика, ни общество, ни политическое устройство, ни психика человека предметом науки права не являются. Мы относим эти предметы к другим науками (экономической науке, социологии, политологии, психологии).

Эти два утверждения мы кладем в аксиоматическую основу дальнейших размышлений.

Границы и задачи исследования.

Настоящая статья не претендует на всеобщность. За основу нами был взят конкретный пример – договор купли-продажи. Более того, мы исследовали конкретное судебное дело[1].

Нашей задачей мы видели создание алгоритма договора купли-продажи, изложенного языком формальной системы. Под алгоритмом мы понимаем сам договор купли-продажи, а не механизмы его исполнения. Специальную задачу создать самоисполняемый договор мы не ставили. Возможность конструирования такого договора появится с неизбежностью, если нам удастся выполнить основную задачу – «запрограммировать», как минимум, сам договор купли-продажи.

При выполнении этой задачи мы пришли к выводу о создании более широкой формальной системы – Права. Механизмы, закладываемые в искомый пример, показывают, что такая система допустима. На наш взгляд, остается лишь вопрос о полноте интерпретации Права в реальную действительность или иначе вопрос о полноте интерпретации Права в право. По нашим предварительным оценкам большинство институтов частного права описываются в Праве. Причиной тому служит достаточный позитивизм как законодателя, так и правоприменительной практики (как в искомом примере по делу № А67-1561/2016). Интерпретация Права в правовые институты, в значительной мере основанные на элементе усмотрения, видится нами возможной нами в применении приемов декларативного программирования, однако в настоящей статье мы намеренно этот вопрос выносим за скобки, дабы сосредоточиться на основной задаче.

Доказательство теоремы о полноте (либо неполноте) Права мы постараемся получить в следующих статьях.

2. Интерпретация права в Право.

Идея Права

Начнем изложение темы с весьма простого, хотя, возможно, не вполне привычного глазу юриста текста:

 

Мы полагаем, этот текст иллюстрирует основу языка правовой науки в строгом смысле этого слова и показывает основные элементы необходимые для алгоритмического описания договора купли-продажи. Содержание его кратко описывает существо Права.

Во-первых, Право, как любая типографская формальная система, является машиночитаемой программой.

Во-вторых, Право имеет алгоритмическую систему – команды, операнды, функции.

В данной статье для простоты мы опишем работу первых двух элементов:

1. Команды.

Элементарных команд всего три (описаны в строчках 1-15).

Остальные команды являются составными.

2. Операнды (строчки 26-50).

Они делятся на два класса:

  • Операнды, определенные внешними условиями (примеры описаны в строчках 113-119).
  • Операнды, созданные внутри программы (примеры описаны в строчках 113-167).

Команды

Простейшие команды.

Простейших команд Права три:

1. Plus.

Команда описывается следующим образом:

  • можно перевести на бытовой язык как «где-то (у кого-то) столько-то прибыло».

2. Minus.

Команда описывается следующим образом:

  • можно перевести на бытовой язык как «где-то (у кого-то) столько‑то убыло».
  • Plus и minus управляют в системе любыми количественными объектами. Единицы измерения не важны – время, деньги, вещи, люди равноприменимы в этих командах.

3. isfact.

Команда описывается следующим образом:

  • можно перевести на бытовой язык как «такой-то внешний факт запускает [либо останавливает] следующую операцию». Внешние факты, отработанные этой командой, становятся фактами Права.

Однако, здесь есть небольшая тонкость. Внешними фактами для команды может быть любое явление: событие, действие и даже волеизъявление. Поэтому ошибочно будет интерпретировать эту команду как функцию, зеркальную понятию «юридический факт». В действительности, эта функция шире, она отвечает за ввод любых внешних данных в систему, отвечая таким образом за работу, к примеру, таких функций как «субъективное право», «юридический факт», «отказ от права».

Перечисленные три команды необходимы и достаточны не только для Права, но и для его интерпретации в реальные правовые институты.

Команды интерпретируются в понятия обязанности (сам формальный характер системы предполагает, что процедура идет по обязывающей, механической модели), субъективного права (команда isfact обеспечивает работу различных «необязательностей» системы наиболее экономичным образом), а также управляют количествами, фактами, «состояниями» и последовательностями.

Иными словами, любая операция Права (и ее интерпретация в право) может быть выполнена при помощи этих трех команд либо составленных из них сложных команд или процедур. Это предполагает достаточность перечня.

Перечисленные команды были получены нами путем многократного деления более сложных Команд Права. Процесс деления был остановлен, когда дальнейшее упрощение стало невозможно. Так, например, произошло с предлагаемой нами изначально командой subjectright, которую мы интерпретировали в тот момент в понятие субъективного права. Однако анализ механизма работы такой команды укрепил нас в мысли, что ею полностью дублируется функционал команды isfact, и она по этой причине была исключена нами из системы элементарных команд.

Таким образом, перечисленные команды представляют собой элементарные частицы Права. Это предполагает необходимость перечня команд.

Настоящей статьей авторы надеются, кроме прочего, стимулировать дополнительное теоретическое доказательство необходимости и достаточности этого либо иного перечня читателями. Это позволит развить систему Права. Мы будем благодарны Вашим предложениям, направленным по адресу, указанному ниже.

Составные команды и операции.

Ограничимся здесь примерами, так как количество сочетаний элементарных команд и операндов стремится к бесконечности.

Так описывается составная команда «передать»:

Так описывается составная команда «продавец передает товар покупателю»:

Как видим механизм программирования в Праве привычен и примитивен. Как и любая формальная система, Право складывается из простейших операций в более сложные, порождая точное описание любых формальных процедур. Работа с такой системой требует достаточной аккуратности, особенно, в части рекурсивных функций, которые с неизбежностью будут появляться. В остальном же Право достаточно просто описывает институты и «процедуры» права в силу формальности последнего.

На наш взгляд, стремление права к формализации либо, иными словами, стремление права к Праву настолько велико, что сложно привести пример правовой сущности, которую было бы невозможно описать в Праве.

Операнды.

Коротко о самом понятии «операнд». Это любые данные, которые обрабатываются командой. Определение это настолько очевидно, что мы не стали бы заострять на нем внимание. Причина нашего отвлечения на это понятие, одна – мы хотим подчеркнуть формальный характер Права.

Будучи формальной системой, Право соотносится с правом в той же мере, в коей математические формулы преобразований Лоренца соотносятся с процессами реального живого мира. Формула является абстракцией. Для ее практического применения требуется интерпретировать ее в реальность – понять, что набор букв и математических знаков характеризуют определенное реальное явление. Ошибка в интерпретации столь же страшна, сколь и ошибка в самой формуле.

Именно поэтому мы хотим предостеречь от поспешности в интерпретации понятия «операнд». Операнд не тождественен понятию «юридический факт», как может показаться при первом знакомстве с Правом.

Операнд это любые данные, с которыми работает команда. Операндами в Праве выступают лица, имущество, факты объективной реальности, время.

Мы делим операнды на два класса – внешние и внутренние. Деление операндов на классы условно и вызвано следующим: внешние операнды имеют бесконечное множество переменных, тогда как внутренние определяются внутри Права. Мы исходим из этого предположения, предполагая влияние характера операнда на способ управления им.

Как видно, классификация операндов может не совпасть даже с классическими разделами частного права, не говоря уже о классификации юридических фактов.

Класс внешних операндов Права.

Внешние операнды представляют собой данные, который невозможно получить исключительно внутри системы.

Интерпретируя это понятие в привычный язык, можно сказать, что понятие «внешний операнд» по большей части пересекается с понятиями «субъект права», «объект права», «непреодолимая сила» – с теми областями, где в наибольшей степени системе требуется информация из внешней среды.

Проиллюстрируем описание простых внешних операндов в нашем примере простого договора купли-продажи.

В Праве команды этого договора потребуют использование следующих внешних операндов:

  1. Продавец.
  2. Покупатель.
  3. Товар.
  4. Подпись продавца (либо покупателя).
  5. Деньги.

Вот как они определяются.

«Продавец» и «Покупатель» для российской юрисдикции будут определены тремя командами, определяющими:

- Правоспособность:

Интерпретация команды в привычный язык: «Если человек – правоспособен».

- Дееспособность:

Эта часть определяет возраст операнда и, в случае превышения 18 лет, присваивает признак дееспособности[2].

Эта часть определяет «здоровье» операнда, и в случае отрицательного ответа, проверяет еще один факт – наличие решения суда:

- Полномочия в сделке

Здесь мы упростили проверку до установления факта наличия доверенности и соответствия паспортных данных. Аналогично этой процедуре проверяется наличие полномочий по уставу юридического лица, либо принадлежность вещи физического лица

- Таким образом, место лица в сделке определяется следующей процедурой:

Эта часть проверяет, передает ли операнд товар или деньги, и соответственно, относит лицо к одной из двух категорий – продавцу либо покупателю.

Операнд товара описывается проще:

Команда отвечает на вопрос: «Вещь либо не вещь?».

Так же прост и операнд подписи:

Команда отвечает на вопрос: «Собственноручно либо нет подписан договор?».

Операнд Деньги определяется через проверку подлинности:

Для нашего упрощенного примера и российской юрисдикции команда подтверждает их эмиссию Банком России.

Класс внутренних операндов Права.

Внутренние операнды определяются в основном средствами самой программы и обычно не требуют внесения данных извне.

Таковы в нашем примере операнды:

  1. Договор.
  2. Акт приемки.
  3. Банковский счет.

Операнд договор. Договором в Праве будет операнд, созданный по следующей процедуре:

Становится заметно, насколько просто описываются в формальной системе Права правовые процедуры. В частности, процедура оферты и акцепта описывается практически дословным повторением закона, что говорит о высокой формализации права.

Акт приемки описывается так же просто и не требует большого количества внешних данных. Как и Договор, Акт приемки является результатом правового алгоритма, а значит, и в Праве определяется программными средствами. Так выглядит пример алгоритма, осуществляющего приемку ежемесячно:

Операнд Банковского счета значительно проще первых двух внутренних операндов, так как определяется через операнд Договора, результатом которого является присвоение индивидуального номера операнду «Лицо» для учета операнда «Деньги».

­

Пример работы Права.

Попробуем построить небольшой фрагмент Права на примере договора купли-продажи.

Исходя из изложенного выше, часть 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации должна быть сформулирована следующим образом:

Где все понятия определены выше в статье.

Как видим, алгоритм, заложенный в договор купли-продажи права, дословно интерпретируется в Договор купли-продажи Права средствами объектно-ориентированного программирования. Мы намеренно упростили отдельные моменты права (например, в процедуре определения дееспособности либо полномочий) и Права (исключив пока элементы функционального программирования). Сделано это было нами для наглядности и сохранения логики изложения, привычной юристу. Однако даже эта упрощенная программа Права будет работать.

3. Практическое применение.

Польза применения математических методов в праве, полагаем, не нуждается в отдельном обосновании. Мы лишь кратко перечислим очевидные преимущества такого подхода.

Интернациональность Права.

Являясь формальной системой, Право не имеет национальных границ. Три элементарных команды необходимы и достаточны для Права, независимо от юрисдикции.

В отношении операндов мы исходим из гипотезы, что их множество также одинаково для любых юрисдикций. Причина тому следующая: внешние операнды формируются фактами объективной действительности, которая не зависит от юрисдикции, внутренние операнды формируются системой, а значит, в силу ее независимости от национальных границ, их перечень также будет одинаков.

Сказанное означает, что Право может существовать как программа для любой юрисдикции. Отличаться будет лишь интерпретация операндов и сценарии принятия решения в зависимости от состояния операндов и внешних событий.

Толкование.

Терминологии типографской формальной системы предполагает исключение возможности двойного толкования.

В идеале Право исполняется программными средствами самостоятельно. Участие человека требуется лишь на стадии программирования, при вводе данных (операндов), определения их состояния либо при определении внешних событий (если они не происходят автоматически. Например, источник события - внешняя доверенная система). В случае ожидания появления внешнего события алгоритм продолжит выполнение при условии выполнения условий, заданных в функции активации. Подробнее о функциях активации и особенностях их работы дадим в следующих статьях.

Результатом исполнения Права может быть как самоисполнимость, так и отправка на печать человекочитаемого текста.

Иными словами, программирование при помощи Права так называемых смарт‑контрактов не главное, хотя Право должно серьезно упростить их создание. Право как программа может и не выполнять юридически значимых действий», Право может лишь распечатать текст в форме, к примеру, договора, преобразовав (интерпретировав) команды, операции и функции системы в текст, написанный на человеческом языке.

Все, что для этого необходимо, введение правил интерпретации в систему.

Примером может служить приведенная выше операция, определенная в статье 454 Гражданского кодекса Российской Федерации:

Правила интерпретации описываются следующим образом:

- [producer] transfer (product) = «обязуется передать товар [в собственность покупателю]»,

- [consumer] transfer (product) = «обязуется принять товар»,

- transfer (money) = «оплатить»,

В результате, операция распечатает следующий текст:

«Продавец обязуется передать товар в собственность покупателю, покупатель обязуется принять товар и оплатить».

Таким образом, Право предполагает однозначное понимание текста, созданного командой. Для определения заключенности договора судье нужно будет обратиться к программе и определить механизм ее работы. В силу формального характера системы возможен будет лишь один вывод.

Анализ нормативных актов, сделок.

Право позволяет также исследовать свойства созданной в системе сущности, к примеру, договора поставки, описанного нами выше. Кроме исследования устойчивости и гибкости системы такого Договора, Право позволяет построить модель исполнения Договора.

Тем самым мы не просто изучаем имеющийся текст либо уже случившееся нарушение договора, мы можем спрогнозировать будущее исполнение договора, рассчитав его с математической точностью. Модель такого развития наглядно может быть изображена в форме графа.

«Юридическое» программирование.

Договорная работа юриста, по сути, сейчас близка к программированию. Юрист создает алгоритм сделки. Написание договора купли-продажи является тому ярким примером, даже несмотря на то, что для создания алгоритма договора выбран бытовой человеческий язык, грешащий недостаточностью формальности. Отличие от создания машинной программы состоит лишь в одном – юрист не обращается к машине при создании алгоритма, а использует бытовой язык с элементами формализации. По этой причине алгоритм сделки зачастую дает сбои и по этой же причине основу развития правовой системы составляет все большая формализация. Порой, изложение такого текста настолько детально и продумано, что до настоящего программирования остается один шаг – применение языка формальной математической системы.

Одновременно с этим развивается и собственно программирование. Именно программированием является создание сомоисполнимых договоров (так называемых, смарт-контрактов). Юрист в этом процессе выполняет от силы вспомогательную роль. Его задача – бытовым языком объяснить программисту условия, которые последний должен переложить в формальный язык программы.

Ирония состоит в том, что юрист сейчас должен взять с полки достаточно формализованный текст правовой конструкции, перевести этот текст на бытовой язык, а программист должен перевести бытовое сообщение обратно на язык формальной системы, на этот раз уже другой – программы для ЭВМ. Процесс этот напоминает игру, в которой стихотворение переводится с одного языка на другой, а потом честно переводится обратно на первый язык. Содержание стихотворения в результате, порой, невозможно узнать.

Система Права исключает эти странности. Операции Права обрабатываются в любом языке программирования достаточно высокого уровня (парсинг). Это позволяет юристу писать сразу программу смарт-контракта, какую бы из современных технологий при этом он ни собирался использовать.

Первые простые библиотеки для возможности парсинга Права мы разместим в сети Интернет по следующему адресу: speranskylabs.ru.

Мы надеемся на обратную связь читателей для развития размещенных материалов[3].

4. Теоретическая польза.

Неточных наук не существует. И правовая наука не исключение.

Знание человека потому и называется наукой, что оно систематизировано и скреплено правилами логики. А значит, любая наука состоит из знаний о фактах и математического аппарата.

Дальнейшее развитие знания может идти по пути интуиции, эксперимента, фантазии, однако оно не может не пройти стадии классификации фактов и введения математического аппарата. Без этих стадий мы имеем дело с собирательством и догадками.

Наука о праве в этом смысле находится в самом начале своего развития. Основные исследования состоят в дискуссиях об определениях – что такое правоотношение, что такое ответственность, что собой представляют субъекты и объекты права. Порой эта дискуссия обращается к более узким понятиям, например, к праву собственности или понятию сделки, однако, по-прежнему, не выходит за пределы поиска определений. Таким образом, наука о праве сосредоточена сейчас лишь на собирании фактов с попыткой их классификации.

Повторимся, право стремится к формализации. Или иначе: право стремится к Праву. Достигнуть полной формализации право не сможет, но этого и не требуется, так как достижение полной формализации означало бы окончание исследования.

Как показал приведенный нами пример, право достаточно формализовано для того, чтобы стало возможным применение математических методов его исследования.

Это становится особенно ясным в сравнении с физикой. Физика как наука с ее богатым математическим аппаратом описывает значительно более сложные явления, чем правовые институты. Физическая реальность богаче и, в сравнении с правом, и менее формализована. Тем не менее, физики успешно исследуют реальность именно математическими методами. Почему не могут это сделать юристы, имея предметом исследования одно из самых формализованных явлений реальности – систему правил поведения?

Целью настоящей статьи мы видим в формировании нового подхода, позволяющего сосредоточиться на изучении этого предмета методами, успешно применяемыми в других науках, исключив при этом размывание границ исследования. Научные работы юристов объединяют в себе экономическую теорию, социологию, политологию, философию – порой, все, что угодно, только не исследования свойств имеющейся в их распоряжении формальной системы.

Предлагаемая нами модель исследования предполагает две части:

  1. Изучение же права как формальной системы, что дает неоспоримое преимущество – позволяет использовать математический аппарат в исследовании.
  2. Использование внешних данных без взваливания на правовую науку бремени их доказывания – такие доказательства являются предметом иных научных дисциплин.

 

Вместо заключения.

Наука права, находясь на начальной стадии развития, на наш взгляд, глубоко определила понятия, входящие в ее предмет. Однако изучению системы права в настоящий момент не уделено достаточного внимания.

Ситуация напоминает город, в котором расставлено уже весьма много светофоров, однако городская администрация, вместо настройки всей системы светофоров, спорит о том, что такое светофор, подразделяя их при этом на типы и подтипы, однако упорно не желая настраивать саму их систему.

Наша статья имеет одну цель – вызвать интерес к предложенному способу исследования права. Мы рассматриваем ее как первый шаг в этом направлении[4].

Мы уверены, что предложенный нами подход не только выведет на новый уровень возможности правового исследования, но и доставит огромное удовольствие исследователям.

Именно удовольствие и даже удивление авторы испытали от того открытия, что Право (а за ним и право) управляется всего лишь тремя командами, а его разнообразие достигается разветвленной сетью операндов.

Возможно, этот факт является причиной того, что студенты-юристы всегда обладают хорошей памятью, однако не всегда нуждаются в изучении логики, испытывая к математике нечто похожее на отвращение. Это невыгодное отличие их от студентов технических специальностей, вероятно, и препятствует применению математических методов в праве.

Мы понимаем, что предложенная нами система, являясь лишь примером возможного развития, грешит неполнотой, а возможно, ошибками и неточностями. Поэтому мы надеемся развить нашу идею в последующих статьях, а читателя призываем к обратной связи.

Кроме классического ответа на нашу статью в традиционных научных печатных изданиях, мы надеемся получить Ваши предложения об исправлении неточностей, добавлении каких-либо элементов, либо вопросы напрямую.

Вашу обратную связь мы надеемся получить по адресам в сети Интернет: speranskylabs.com , speranskylabs.ru.

 

Авторы: Алексей Подолин, Сергей Переверзев


[1] Дело № А67-1561/2016 // СПС Консультант плюс.

[2] Для наглядности мы умышленно упростили функцию «дееспособность»,  не усложняя сейчас изложение вариантами ограниченной дееспособности либо процедурой эмансипации. Для нас очевидно, что читатель понимает простоту выполнения этой задачи.

[3] Содержание будет подчинено нами действию GPL с тем, чтобы любой мог пользоваться результатами нашего совместного с любым откликнувшимся труда.

[4] Мы внимательно следим за попытками применения математических методов в праве. Однако до сих пор самым серьезным из них была лишь попытка построить аксиоматическую систему юридических норм. Автор монографии предпринял попытку принять нормы Конституции Российской Федерации за аксиомы, а правила, например, Гражданского кодекса Российской Федерации выводить из них по примеру теорем. Попытка, на наш взгляд, не увенчалась успехом. Причиной тому служит отсутствие прямой логической связи между первыми и вторыми. Нам видится, что лишь отношение к праву как к алгоритму даст возможность построить такую систему по той простой причине, что в этом случае можно работать с очевидными противоречиями системы.

Авторы исследования